Яснее не скажешь! Только вот здесь-то у государственных заговорщиков и вышла маленькая промашка — офицеры группы «А» в первые же минуты определили, что Геннадия Сергеева застрелил снайпер отнюдь не из числа защитников парламента. Им, профессионалам сразу стало ясно, что выстрелы произведены из занятого войсками ГУО и МВД здания фабрики и гостиницы «Мир», а в одной из подавленных ими в ответ огневых точек (в гостинице «Мир», которую засекли по вспышке) среди четырех трупов (подтверждается данным радио «Свобода», материалами Марка Дейча) они обнаружили снайпера в форме подполковника милиции и три трупа с двумя СВД в руках, по виду — молодых евреев, определенных нашими офицерами как «бейтаровцы». Среди документов прикрытия у убитых было обнаружено удостоверение сотрудника МВД, значок с симоволикой РНЕ. Несмотря на то, что первичными рапортами оперативников эти факты были документированы, все трупы загадочно и бесследно исчезли из закрытого помещения.


Поэтому стреляли офицеры «Альфы» и «Вымпела» «без уговоров за погибшего товарища» совсем не в защитников парламента, а вовсе даже наоборот! Хотя факт остается фактом: офицеры двух лучших элитных спецподразделений страны, по присяге обязанные сразу арестовать кремлевского заговорщика, а в случае необходимости даже взять штурмом его личные апартаменты в Кремле, в очередной раз не решились выполнить свой воинский и гражданский долг, хотя имели для этого все основания и возможности — как раз в ночь с 3 на 4 октября 1993 года группа «А» со всем своим вооружением ночевала по соседству с государственным преступником (в Кремлевском Дворце съездов), и ее офицеры даже не сдавали оружие при личной встрече с Ельциным, состоявшейся на рассвете 4 октября. Офицеры спецподразделений лишь разозлили мстительного секретаря обкома демонстрацией непокорности — сначала в 4.00 4 октября на встрече с ним (кстати, описание Ельциным этой встречи существенно отличается от того, как ее описывают сами офицеры «Вымпела» и «Альфы»), и позднее, остановившись у зоопарка (после 9.00) и категорически заявив Барсукову, что дальше без санкции Совета Федерации «Альфа» не пойдет. Ельцин не только не простил им октябрьский саботаж, но даже счел возможным открыто рассказать, как их хитроумно затягивали в «Белый дом».
«Мы чисто по-военному прикинули, — вспоминали сотрудники группы «А». — Если верить Барсукову, то в штурме примут участие, по меньшей мере, 40 тысяч человек, зачем тогда нужны мы? Должны ли мы вообще быть соучастниками государственного переворота? Или нас опять, в какой уже раз, решили подставить?»
Аналогичные настроения наблюдались и среди бойцов группы «Вымпел». С этими и другими вопросами офицеры обратились к своим командирам. Тем временем Барсуков приказал выдвинуться на исходные позиции в район здания Генерального штаба. На Арбатской площади были ясно слышны танковая канонада, автоматные и пулеметные очереди, доносившиеся со стороны здания Верховного Совета. Именно здесь, у здания МО РФ, и родилось решение покончить с кровавым противоборством мирным путем. Группа явно не хотела соглашаться с приказом. Многие офицеры этого и не скрывали. Фактически отказавшись подчиниться приказу идти на штурм, офицеры «Альфы» ставили себя под удар. И, посоветовавшись с «коллегами» из «Вымпела», они выдвинули свой, альтернативный вариант ликвидации конфликта — бескровный.
Начальник ГУО, не зная, что Делать в сложившейся ситуации, пытался воздействовать на сотрудников «А» приказами и уговорами:
— Товарищи, пожалуйста... Там же солдаты сражаются... Постреляйте хотя бы...
Стрелять никто не стал. Решили выдвинуться в район «Белого дома» под командованием Герасимова (в первую чеченскую войну Герасимов вместе с 16 своими бойцами, войдя в горящий Грозный, заночевал со спецназом ВДВ. Узнав своих товарищей по совещанию у Грачева, он искренне удивился: «А что, вам разве не дали внеочередные звания за 4 октября 1993 года?»), чтобы на месте разобраться в обстановке, провести разведку... Отказались участвовать в этом лишь 17 офицеров, сохранивших свою честь и верность присяге.
Продолжение стенограммы видеоматериалов:
16.00. Человек в гражданском приказывает толпе:
—    Спуститесь ниже!
Парламентеры группы «Альфа» занимают всю парадную лестницу.
16.01. Младший сержант и офицер «Альфы», обращаясь к пан-“кратовским (или огородниковским) эмвэдэшникам со щитами:
—    Стоять, стоять! Милиция, не дергайтесь! Они сами уйдут!
16.02. Младший сержант по переносной радиостанции:
—    Направьте скорую помощь к Дому Советов. Лестница в считанные минуты полностью освобождается.
16.06. Очередной танковый выстрел (из танка сводной роты Таманского полка), канонада.
16.05. Оператор от группы «Альфа» говорит с сержантом:
—    С того берега... А вы уверены, что шарашат?..
—    А вы, похоже, демократ?.. Глушат!
— Кто-нибудь... Да правду узнаем!
Младший сержант мрачно:
- Правда умрет вместе с ними!
- Ну, чего-то и у нас останется. Ну, рассказывай, рассказывай...
- Что рассказывать-то?
- Ну, как ты приехал, и что потом было.
- Я приехал утром. В 7-м часу раздался первый выстрел БМП, после этого ворвались солдаты. Я хотел, чтобы дело закончилось мирным диалогом.
- Сам по себе?
- Сам по себе, без приказа. Командование с одной и с другой стороны покрывало друг друга по радиостанции матюгами.
Вернее, с одной — противоположной парламенту стороны. Никто на мирные переговоры не шел. И мне пришлось самому докричаться, упросить, чтобы ни тот, ни другой не открывал огонь, и вынести раненых с 24-го подъезда, а также вывести пленных.
- А «Альфу» вызвал не ты?
- Нет, «Альфа» пришла сама.
- Не слыхал от командира (группы «А». — Авт.), откуда он приказ получил?
- Он об этом ничего не сказал!
- Сам пришел?
Он сказал, что он подполковник и пришел взять «Белый дом».
Пауза...
Продолжение следует