УЕХАТЬ, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬСЯ…

"Меня поражают особенности состава этой группы, - говорит Вера Кишиневская, автор книги "Российские иммигранты в Соединенных Штатах: адаптация к американской культуре". - Раньше это были, в основном, российские евреи и специалисты. Теперь приезжают казахи, татары, украинцы - по существу, все этнические группы".
Марина Шрон, двуязычный автор из Нью-Йорка, пишущая по-русски и по-английски, отмечает, что большинство людей из этой группы приезжает в Соединенные Штаты не из-за политического давления, а в поисках лучших возможностей и новых ощущений. По большей части это "люди, которые уезжают не по необходимости, а по собственному желанию", - сказала Шрон, написавшая вместе с Денисом Сашей книгу "Красный блюз: голоса из последней волны российских иммигрантов".

Первопроходцы и диссиденты
Иммигранты из Российской империи, а позднее из Советского Союза приезжали в Соединенные Штаты несколькими большими волнами. Во второй половине 19-го века обездоленные жители западных окраин империи - в основном, поляки, белорусы и литовцы - приезжали в Америку в поисках лучшей жизни. В этой группе иммигрантов было много иудеев и представителей угнетенных религиозных меньшинств, а также ряд политических изгнанников.
Еще одна крупная иммиграционная волна последовала вслед за хаосом Октябрьской революции. В число так называемых "белых русских" вошли многие представители российской интеллектуальной и творческой элиты: инженеры и изобретатели, подобные Владимиру Зворыкину, Игорю Сикорскому или Александру Понятову, композиторы Александр Прокофьев, Сергей Рахманинов и Игорь Стравинский, писатели Владимир Набоков и Алиса Зиновьевна Розенбаум, получившая известность в Америке под именем Эйн Рэнд.
После Второй Мировой войны эмиграция из Советского Союза практически прекратилась. Она возобновилась в эпоху разрядки в 1970-е годы. Не рискуя подвергнуться международному остракизму за лишение свободы все большего числа видных диссидентов, советский режим позволил некоторым из них эмигрировать. Иногда, как в случае с писателями Александром Солженицыным и Иосифом Бродским, их фактически вынуждали уезжать.
Согласно Хельсинкским соглашениям 1975 года, все больше советских евреев имело возможность уезжать из страны. В некоторых случаях гастроли советских артистов за рубежом заканчивались нашумевшими побегами, один из которых совершил танцор Михаил Барышников – позднее ставший художественным директором Американского театра балета в Нью-Йорке.
В ходе переписи населения США в 2000 году почти 2 миллиона американцев заявили о своих российских корнях, а еще примерно столько же назвали местом своего происхождения "Советский Союз". После поляков (свыше 6 миллионов) русские и русскоговорящие сегодня являются наиболее многочисленной группой, владеющих одним из славянских языков в Соединенных Штатах.

Особый характер
Судя по ряду недавних сообщений прессы и интервью, новая волна иммигрантов из России и бывшего Советского Союза очень предприимчива и способна адаптироваться к американской жизни. Но она также создает динамичную русско-американскую среду, сочетающую стиль жизни и устремления, присущие обеим культурам.
Кишиневская указывает, что число русскоязычных событий в мире искусства, публикаций, служб и даже детских дошкольных учреждений, появляющихся в крупных американских городах, показывает, что эта группа больше не стремится к полной культурной ассимиляции. Ее члены, как правило, дают своим детям двуязычное и межкультурное образование и хотят, чтобы они сохраняли чувство своей особой принадлежности в составе американского общества.
"Мы привезли из Одессы довольно много книг", - рассказывает 30-летний Павел, приехавший в Соединенные Штаты с родителями, дедушкой и бабушкой в 1988 году. Поселившись в пригородах Вашингтона, его семья быстро обнаружила книжный магазин с широким выбором книг. Сегодня Павел хорошо говорит по-русски и поддерживает связь с друзьями своих родителей из Одессы, многие из которых тоже живут недалеко от Вашингтона.
С другой стороны, он вспоминает, что его семья никогда не боялась Америки. К новому месту они относились с надеждой и любопытством. "В Америке хорошо. Но она другая, поэтому мы должны знать, почему она от нас отличается. Мы действительно хотели добиться успеха в Америке", - говорит он.
Александра, живущая в Соединенных Штатах с 1993 года, пытается оградить своего девятилетнего сына, родившегося в Америке, от нездорового, по ее мнению, влияния американской массовой культуры, "особенно телевидения". В этом, по ее словам, ее полностью поддерживает муж-американец. Она отдала мальчика в международную школу и воспитывает его одновременно на трех языках - английском, русском и немецком.
“Я хочу, чтобы он рос человеком без предубеждений и предрассудков, везде чувствовал себя как дома, был гражданином мира", - сказала она.
Шрон отмечает, что дети недавно приехавших иммигрантов обычно считают себя русскими американцами или русскими. "Им интересно все русское - русские имена, американские писатели русского происхождения", - говорит она, указывая, что в прежних поколениях так было не всегда.

Мир становится более похожим
Как считают новые иммигранты из России и Восточной Европы, иммиграция все еще связана с присущим ей стрессом - попытками освоиться на новом языке, утвердить свой профессиональный авторитет, адаптироваться к новым общественным отношениям и нормам. Но те, кто приехал недавно, также говорят, что мир стал более похожим, и культурный шок, вызываемый приездом в Америку сегодня, гораздо слабее, чем тот, который испытывали прежние поколения.
Самое главное, по их словам, в том, что эмиграция утратила тяжесть необратимого, часто трагического решения, каким она была при коммунизме. Уезжавшие из Советского Союза обычно исходили из того, что больше никогда не увидят родину.
Кишиневская, приехавшая в США тридцать лет назад, рассказала, что в ее времена "русские уезжали из России так, как люди умирают", разрывая все эмоциональные связи со страной и людьми, которых они покидали. Сегодня, по ее словам, они могут ездить в страну, из которой они эмигрировали, и навещать родственников. Им доступны российское телевидение, русское радио и газеты на русском языке, издаваемые в США и в России.
Шрон говорит: "Стало гораздо легче, потому что нет ощущения, что нужно отказываться от своей культуры, вступая в совершенно новый мир".
Дополнительную информацию по жизни иммигрантов в США можно найти на интерактивной карте русскоговорящих общин в США (http://dp.storymaker-se.com) и в фотогалерее “Российская иммиграция в Соединенных Штатах (http://photos.state.gov)”.
Бюро международных информационных программ Государственного департамента США. Веб-сайт: www.america.gov/ru

Послесловие редакции
Недавно по местному и центральному каналам телевидения прошел сюжет о переселенцах из Уругвая. Староверы из Южной Америки прибыли на постоянное место жительства в Приморье, в таежное село Удэге, как они говорят, на разведку. Если понравится и приживутся, - за ними последуют многочисленные единоверцы.
Наша пашня бывшим южно-американцам с русскими корнями пришлась по нраву: мягкая, жирная - не уругвайская, которую не уковырнешь. Еще бы: сколько наших полей давно не касался плуг? А там, где поселились «уругвайцы», – несколько дворов старожилов – вообще нетронутая девственная природа. Чувствуется, что люди приехали сюда жить - не то, что китайские арендаторы, после которых, говорят сельчане, брошенные поля по четыре года после химикатов рыжеют залысинами среди разнотравного буйства. Только приживутся ли?
Что-то не слышно о семье фермера Родионова, о котором во время перестройки шумели все телеканалы: с многочисленной семьей перебрался он из Австралии в Приморье, в село Хмыловка Партизанского района, хозяйствовать по-новому: пахать, сеять. Ясно, не на голое место: это было четвертое отделение не самого слабого совхоза «Восток», выстроившего коттеджи для переселенцев. Только вот вселялись туда заезжие перекати-поле, которые больше заглядывали в бутылку, чем на скотный двор. Зато власти выполняли план по переселенцам.
Сейчас пошла иная эмиграция – люди едут в Приморье по собственному желанию. К сожалению, таких пока маловато: в сотни раз меньше, чем планируется государством. Зато у каждого из нас наберется добрый десяток знакомых и знакомых знакомых, которые уехали за границу: в Америку, Новую Зеландию, в Израиль - и остались там надолго, если не навсегда. И не то что не бедствуют, а забирают к себе остальных родственников. Потому что у нас в России государство до сих пор лучше относится к пришлым, чем к своим родным соотечественникам. А дайте коренным жителям Приморья, Дальнего Востока, наконец, возможность построиться на своей земле, как это могли сделать, например, наши родители, прошедшие войну. А к старости – по желанию - обеспечьте людям благоустроенное проживание в достатке и под присмотром социальной и медицинской обслуги. И молодежь тогда увидит перспективу: не ютиться тремя поколениями в хрущебах, а иметь возможность реализоваться настоящими хозяевами своей жизни и своей страны.
Людмила КИФОРСКАЯ